Истина

Раздел 8. Неизменна ли истина?

С восьмым обстоит следующим образом.


Возражение 1. Кажется, что истина неизменна. Так, Августин говорит, что «истину и ум не следует полагать равными , иначе истина была бы столь же изменчива, сколь и ум».

Возражение 2. Далее, все, что сохраняется при любом изменении, неизменно; так, поскольку первичная материя не возникает и не уничтожается, она сохраняется после любого возникновения и уничтожения. Но истина сохраняется при любом изменении; ведь после каждого изменения можно истинно сказать о вещи, есть она или нет Следовательно, истина неизменна.

Возражение 3. Далее, если изменяется истина суждения , она, пожалуй, изменяется вместе с изменением вещи. Но подобным образом она не изменяется. Ведь истина, согласно Ансельму, «есть некоторая правильность» в смысле соответствия вещи тому, что она суть в божественном уме. Но суждение о том, что «Сократ сидит», свое значение, что Сократ сидит, получает от божественного ума; и оно сохраняет то же самое значение даже и тогда, когда он не сидит. Следовательно, истина суждения никоим образом не изменяется.

Возражение 4. Кроме того, когда сохраняется причина, сохраняется и следствие. Но одна и та же вещь обусловливает истину трех суждений: «Сократ сидит, сидел, будет сидеть». Следовательно, истинность каждого суть одна и та же истина. Но одно из них необходимо истинно само по себе. Следовательно, истина этих суждений остается неизменной, и подобного рода умозаключения справедливы и для всего прочего.

Этому противоречит сказанное : «Истины распадаются меж сынами человеческими» (Пс. 11,2).

Отвечаю: истина, строго говоря, обитает только в уме, о чем было сказано выше (1); вещи же называются истинными через посредство добродетели истины, обитающей в уме. Следовательно, изменчивость истины следует рассматривать с точки зрения ума, истина которого состоит в согласованности с разумеемой вещью. Затем, эта согласованность, равно как и любое другое уподобление, может изменяться двояко – через изменение одного из крайних членов. Итак, с одной стороны, истина претерпевает изменение со стороны ума, когда изменяется мнение о вещи, которая сама по себе не изменилась, с другой – когда изменилась вещь, но не мнение ; и в обоих случаях возможно изменение истины в ложь. Если, таким образом, есть ум, в коем невозможно никакое изменение мнений и знанию коего неведомы утраты, в нем истина неизменна. А именно таков божественный ум, что очевидно из сказанного прежде (14, 15). Следовательно, истина божественного ума неизменна. Но истина нашего ума изменчива, не потому, что она сама по себе является субъектом перемен; но коль скоро наш ум может изменяться от истины ко лжи, то и подобные формы могут называться изменчивыми. В то же время истина божественного ума – это то, в соответствии с чем о природных вещах говорят как об истинных, и она-то всецело неизменна.

Ответ на возражение 1. Сказанное Августином относится к божественной истине.

Ответ на возражение 2. Истина и бытие суть синонимы. Следовательно, коль скоро бытие возникает и уничтожается не само по себе, но только лишь акцидентно (ибо, как сказано в «Физике» I, возникает и уничтожается только вот это или только вот то бытие), то подобным же образом и истина изменяется не так, чтобы в результате не осталось никакой истины, но так, что не остается только истины прежней.

Ответ на возражение 3. Истины суждений, помимо того, что у них обще с истинами других вещей, а именно соответствия вещи идее о ней в божественном уме, имеет, говорят, еще и особую истинность, указующую на истину ума, которая заключается в согласованности ума и вещи. Когда же она исчезает, изменяется истина мнения, а значит, и истина суждения. Таким образом, суждение «Сократ сидит» является истинным, пока он сидит, ибо оно истинно как с точки зрения вещи, обозначаемой выражением, так и с точки зрения истинности выраженного мнения. Когда же Сократ встает, первая истина сохраняется, вторая же претерпевает изменение.

Ответ на возражение 4. Сидение Сократа, которое является причиной истинности суждения «Сократ сидит», имеет разный смысл в зависимости от того, сидит ли Сократ, сидел ли прежде или только собирается сесть. Таким образом, выступающая в качестве следствия истина претерпевает изменение и по-разному выражается суждениями, относящимися к настоящему, прошедшему или будущему. Поэтому нельзя делать вывод, что если хотя бы одно из трех суждений истинно, одна и та же истина остается неизменной.

Дополнение (к пункту 2)

«Я — Всевышний — не изменился»

Говорит пророк: «Я — Всевышний — не изменился, и вы, сыновья Яакова, не исчезли». Этот стих выражает вечность Всевышнего и Его знание творений.

Простой смысл этого стиха означает, что Всевышний говорит: «Я — Всевышний — не изменился», не изменил своего мнения, не дай Б-г — возлюбить зло и т.д.

Если более глубоко, то внутренний смысл этой идеи, как объясняется в учении хасидизма, означает отрицание изменения во Всевышнем, в его единстве. Что Его единство не изменяется, не дай Б-г, и не становится ущербным в результате сотворения творений в аспекте «бытие из небытия».

Как мы говорим в молитве: «Ты тот (же самый) до того, как был сотворен мир, Ты тот (же самый) после сотворения мира». То есть буквально без каких-либо изменений.

Единство Всевышнего означает, что только Он один существует, и нет ничего, кроме Него, (не только, что нет существования богов кроме Него, не дай Б-г!), поскольку Он единственный существует, и нет ничего, кроме Него.

И об этом говорит пророк, что единство Всевышнего не изменилось посредством сотворения творений, не произошло ни изменения в аспекте места, ни изменения в аспекте времени.

Отсутствие изменений в аспекте места, то есть «изменение в поступенчатом спуске миров от высших ступеней к низшим, что подобно тому, как Он, Благословенный, находится в высших, также Он находится и в нижних».

Отсутствие изменения в аспекте времени — «подобно тому, как Он один, Единственный, (существовал) до их сотворения, также Он один и единственный после их сотворения, поскольку перед Ним все как будто не существует, буквально как ничто и ноль».

То есть существование творений, претерпевшее спуск и сжатие, — не является вовсе существованием по отношению к возвышенному существованию Всевышнего и как будто ничто и ноль в буквальном смысле.

Точно так же отсутствует изменение в мудрости и знании Всевышнего. Подобно тому, как не существует изменений, не дай Б-г, в самом Всевышнем, посредством осуществления творений. Также не существует изменений, не дай Б-г, в Его мудрости, в результате осуществления творений.

Несмотря на то, что осуществление творений произошло в форме «бытие из небытия», то, на первый взгляд, прежде, чем были сотворены, не знал их, поскольку их еще не было, и только после того, как были сотворены, узнал их своей мудростью. Выходит, что после творения, вроде бы, добавилось у Него знания и мудрости, что может привести нас к ошибочному представлению, что до творения Его знание и мудрость были меньше, не дай Б-г, по отношению к нынешнему положению, когда добавилось также знание творений…

Об этом и сказано: «Я — Всевышний — не изменился …», чтобы, не дай Б-г, не возникло у нас негодной мысли, если предположим, что до творения у Него отсутствовало знание…

Это абсолютно невозможно, поскольку Всевышний является абсолютной полнотой без какого-либо ущерба до сотворения, и, само собой, без какого-либо добавления после него, но Он был, есть и будет как одно.


Идея в этом такова, поскольку «нет места, свободного от Него», и нет ничего, кроме Него, то все возникает от Него и аннулировано Ему. Поэтому Его знание творений и всего, что происходит с ними, не подобно знанию творений, поскольку они постигают знанием, которое вне них и поэтому является существованием добавочным к их существованию и отделенным от них.

Но Всевышний «знанием себя знает все творения», поскольку из истинности Его существования возникли все творения, то есть их существование происходит из Его существования, поэтому тем, что знает себя, знает также и все творения, так что нет в этом никакого добавления и изменения, не дай Б-г.

Поскольку Он и Его мудрость — одно, то Он — «знающий, знание и результат познания» — все одно, и нет ничего, кроме Него.

Картина «Что есть истина» Николая Ге

Тема истины затрагивается не только в философии и литературе, но и в искусстве. Наиболее полно она раскрывается в картине Николая Ге.

История написания

Осенью в 1889 году Николай Ге задумывается о написании картины, которая представила бы собой живописную версию восемнадцатой главы (Евангелие от Иоанна). Картина Ге «Что есть истина: Пилат и Христос» была закончена художником поразительно быстро — уже к середине января 1890-го она была готова, а спустя всего лишь месяц была показана на восемнадцатой Передвижной выставке.

Как обычно, Николай Ге готовился к работе очень тщательно: несколько раз посетил Киев, оставив свой хутор, изучал необходимые моменты, позаботился о тканях для одежд персонажей, заказал их, и всего за несколько дней его невестка, Екатерина Ивановна, сшила тогу для Пилата и рубище для Христа.

Изображенные события

Герои картины были написаны художником с поразительной остротой, непривычной для конца 19 века. Выразительный, мощный затылок Понтия Пилата, его широкая спина — создавали впечатление того, насколько властным, самоуверенным римлянам хотел передать его образ художник. Пилат задает вопрос об истине обвиняемому, не испытывая ни ярости, ни злобы, а лишь — высокомерную насмешку. Он не ждет ответа на свой вопрос, он уверен в том, что и сам знает его. Его и Иисуса разделяет луч света, словно меч, что мысленно относит нас к другим словам Христа:

Но очень необычно изображен здесь Христос.

Со времен эпохи Возрождения Иисуса изображали физически очень красивым человеком, в русской живописи эта традиция прерывается как раз на данном художнике — Николае Ге

Спаситель на его холсте выглядит настолько изнуренным — почерневшее лицо и всклокоченные волосы, — что племянница автора Зоя имела неосторожность сказать, что Он некрасив. Замечание это настолько возмутило Ге, что он ответил Зое горячей отповедью:

Художественные особенности

Дочь писателя, Татьяна Львовна Сухотина-Толстая, в работе над мемуарами упоминала, что картину эту Ге написал поверх другой картины, которая была также на библейскую тему. Изначальная картина называлась «Милосердие». На ней был изображен Христос и женщина-самаритянка возле колодца. «Милосердие» не было одобрено публикой, а Николай Ге, не испытывающий священного трепета перед своими работами, мог картину, которая казалась ему неудачной, легко записать, либо отрезать часть холста, либо даже бросить в мастерской на пол.

В 2011-м году в Третьяковской галерее проводили масштабную выставку Николая Ге. К тому времени появилась возможность проверить, правдивы ли слова Татьяны Львовны при помощи рентгенограмм, коих было сделано в процессе исследования не менее тридцати, а также других современных методик. Под красочным слоем картины о Христе и Пилате обнаружилась утраченная картина «Милосердие».

Темное круглое пятно, проступившее со временем на картине между лицами героев, когда-то было головой Христа с картины «Милосердие», а женщина-самарянка Николаем Ге была переделана в фигуру Иисуса. Полученная реконструкция «Милосердия» в 2011-м году была выставлена рядом с той, на которую она была заменена.

↑ Понятие «истина». Виды истины.

Истина — это достоверное знание о предметах и явлениях окружающего мира, цель человеческого познания.

Истина — это, прежде всего, соответствие представлений или утверждений реальному положению дел; объективное содержание чувственного, эмпирического опыта, понятий, идеи, суждений, теорий, учений и целостной картины мира.

Понимание истины как соответствия знания вещам восходит к мыслителям древности, в частности, к Аристотелю. Эта традиция была продолжена в философии Нового времени (Ф. Бэкон, Б. Спиноза, К.А. Гельвеций, Д. Дидро, П.А. Гольбах, М.В. Ломоносов, А.И. Герцен, Н.Г. Чернышев ский, Л. Фейербах и др.).

Согласно некоторым теориям, существование объективной истины невозможно, т.к. все наши знания зависят исключительно от познающего субъекта и представляют собой некие «комплексы ощущений». Но в таком случае отрицается существование какой-либо однозначной истины. В противоположность данной точке зрения выступают ученые, признающие существование объективной истины, т.е. истины, которая отражает реальное положение дел, а мир таким, какой он действительно есть.


Объективная истина — это истина, которая соответствует объекту познания и не зависит ни от человека, ни от человечества.

Объективность истины говорит о том, что основой наших представлений о мире является сам материальный мир, существующий вне и независимо от нашего сознания. Другими словами, это факты, которые не зависят от человека, его желаний, интересов, стремлений и уровня знания.

Истину познают люди и объясняют ее в определенной форме (словах, символах, законах, теориях), что в свою очередь говорит о том, что истина зависит от человека, она — субъективна.

Субъективная истина — это факты, которые не могут существовать без субъекта (познающего).

Субъективность истины — это такая характеристика познавательного процесса, которая учитывает волю, желания, психический мир, стереотипы познавательного поведения человека, а также ограниченность чувственного уровня познания и связь познания с уровнем развития науки и техники.

Истина всегда конкретна, т.е. зависит от времени, условий и места.

Различают абсолютную и относительную истину.

Абсолютная истина — это несомненное, неизменное, раз и навсегда установленное знание об объекте. Абсолютная истина полностью исчерпывает предмет и не может быть опровергнута при дальнейшем развитии познания. (Например, «Птицы имеют клюв», «Люди смертны» «Земля вращается вокруг Солнца. и т д.) 

Однако большинство ученых рассматривают абсолютную истину лишь как предел, к которому постоянно стремится наше знание, т.к. претензия на абсолютное знание к тому же противоречит одной из основных черт научного познания — установке на критичность.

Относительная истина — это неполное, неточное знание, верное лишь на определенном уровне развития общества, зависящее от определённых условий, места, времени и средств получения знаний. Может изменяться, устаревать, заменяться новым в процессе дальнейшего познания. (Например, изменения представлений людей о Земле: плоская и стоит на трех слонах, в форме шара, вытянутая или приплюснутая, Солнце вращается вокруг Земли. С развитием науки и техники эти знания были опровергнуты, и возможно, в будущем появятся какие-то новые факты).

Относительность получаемых знаний обусловлена рядом причин:

1) непостоянность и изменчивость окружающего нас мира;

2) ограниченность человека в возможности познания, которые определяются различными факторами (уровень развития производства, духовной культуры, средств наблюдения и эксперимента). В результате этого человек в процессе познания получает неполные знания, о по мере их накопления относительная истина все более приближается по своему значению к абсолютной.

Разница между абсолютной и относительной истинами — в степени точности и полноты отражения действительности. Истина всегда конкретна, она всегда связана с определённым местом, временем, обстоятельствами.

Не всё в нашей жизни поддаётся оценке с точки зрения истины или заблуждения (лжи). Так, можно говорить о разных оценках исторических событий, альтернативных трактовках произведений искусства и т. п.

Истинное служение

Поэтому служение Всевышнему в форме «истинной истины» — это только служение праведников, «служащих Всевышнего», поскольку они перевернули зло, что в них, в добро, и их любовь ко Всевышнему постоянна и не прерывается никогда.


Не смотря на то, что объясняется в книге «Тания» про служение «средних» в их любви ко Всевышнему, из чего следует, что также она называется «истинным служением», что соответствует сказанному выше о различных ступенях качества истины.

То есть несмотря на то, что их любовь ограничена только лишь временем молитвы, когда же они возвращаются к своим делам, их любовь ко Всевышнему скрывается и пробуждается любовь их животной души к материальности мира. Выходит, что, на первый взгляд, их любовь ко Всевышнему не является истинной, поскольку «Уста истины основаны навечно, и лишь на мгновение язык лжи» (Мишлей). Смысл этого таков, что устоит на своем основании вечно, а вещь, которая лишь на мгновение, на краткое время, — это аспект лжи.

Однако, поскольку их любовь ко Всевышнему возвращается при каждой молитве, несмотря на ее удаление из-за занятий материальным миром, то даже в момент ее временного сокрытия, когда в действии она отсутствует, — в потенциале она существует. «Поскольку в силах их Божественной души всегда возвратить и пробудить эту любовь», то в определенном смысле существует в этом постоянство и неизменность. (Подобно «постоянной» жертве или «постоянной» свече, не смотря на то, что их приношение было соответственно только два и один раз на дню и само собой прерывалось после его осуществления).

По этой причине, также эта любовь называется «уста истины». И, несмотря на то, что этот вид любви как бы от «края и наружу», — тем не менее, это — истина. Поскольку только качество раскрытия истины у «средних» отличается и меньше по сравнению с праведниками, однако сущность истины равна в каждом месте, во все времена, в каждой душе.

Художественные особенности

Изображение на картине Н. Н. Ге очень серьёзно расходится со сложившейся ко времени её создания культурной традицией, как церковной, так и живописной. Основное расхождение — световое решение картины. Иисус стоит в глухой тени. Мощную же фигуру Понтия Пилата заливает солнечный свет. Такое решение нарушает традиционные принципы, когда свет отождествляется с добром, а мрак — со злом.

Другим новшеством, вызвавшем неприятие картины, стал образ Христа. Он шёл вразрез с давней традицией интерпретации Иисуса как человека прекрасного, совершенного внешне и внутренне. Иконографические каноны изображения Христа к тому времени соблюдались уже далеко не всегда, достаточно вспомнить картину И. Н. Крамского «Христос в пустыне» (1872), но Ге пошел гораздо дальше. Иисус изображён измученным, низкорослым, тщедушным. Его лицо лишено значительности. Такой образ Христа вызвал не только недовольство Синода, но и неприятие со стороны многих художников.

Истина в литературе и искусстве

Вдумываясь в эту мысль писателя, мы понимаем, что она не так проста, как может показаться. Сразу же приходит на ум: а кто не хочет ее? Вряд ли такой человек есть на свете. Ведь это попросту то же самое, что есть на самом деле, подлинная картина мира, окружающего нас. А кто не желает видеть мир именно таким, каким его создал Господь?

Тут появляется следующий вопрос: а для чего вообще этого желать? Ведь человек мечтает о том, чего у него нет. Выходит, мы не обладаем подлинной картиной мира? Но помимо этого мы ведь и не хотим, чтобы она у нас была, за исключением тех захотевших, о которых рассказывает нам Федор Михайлович.

Рассуждая об этом понятии, также вспоминается роман М.А. Булгакова «Мастер и Маргарита». Впервые это слово в романе возникает в словосочетании «храм истины», который Иешуа обещает воздвигнуть на руинах старой веры. Таким образом, истина — это сакральное понятие, возвышенное, воздвигающее и создающее храмы. Если мы хотим познать, что же это такое, то должны духовно подняться ввысь и оттуда увидеть свою жизнь и свой путь. Об этом повествует нам М.А. Булгаков, и раскрывают в романе его герои.

Также вспомним изречение древности от индийских раджей, взятое Е.П. Блаватской как девиз:

Ведь она не приходит к нам в парадных одеждах, она скромна, она выглядит обыденно, но часто это происходит от того, что мы не обращаем на нее внимания.

Особенное внимание хочется уделить работе Н.А. Бердяева «Истина православия», в которой он пытается разобраться, что означает данное понятие для православной церкви

«Я есмь путь, истина и жизнь». Это означает, что это понятие нужно понимать целостно, оно экзистенциально. Истина не дается человеку в готовом виде, ее можно приобрести лишь путем и жизнью. Она предполагает движение в бесконечность. Часть принимают за целое, не допуская ощущение полноты. С этим как раз-таки и связано то, почему Иисус не ответил на вопрос Понтия Пилата об истине. Он сам истина, но та, которую нужно разгадывать на протяжение всей истории. Она первична, а не вторична, т. е. она — несоответствие чему-то другому. И, наконец, в последней инстанции она есть Бог, наш небесный царь, который, в свою очередь, есть истина, — так рассуждает Бердяев.

Истина — это не соответствие реальности, а ее смысл. В человеке должно происходить духовное пробуждение к истине, иначе она не достигается, ведь это есть творческое открытие, это творческое преображение реальности. Она целостна даже тогда, когда она относится к части.

Совершенно неверно говорить, что истинным является лишь то, что обязательно. Она может открываться лишь одному и отрицаться всем остальным миром, может быть пророческой, пророк же всегда одинок. По мнению Н.А. Бердяева, интересующее нас понятие — это не предметная, бытийственная реальность, отраженная в познающем и вошедшая в него, а просветление, преображение реальности, внесение в мировую данность качества, которого в ней не было до ее познания и откровения.

Значение истины в современном мире

Говоря о нашем современном обществе, а также о его обращенности к истине, необходимо заострить внимание именно на философских аспектах данной проблемы. На протяжении всего существования человечества нас всегда интересовало и притягивало то, что, по нашему мнению, истинно

Но сейчас, в современное время, когда человечество имеет возможность изобиловать информацией, мнениями и источниками, трудно поставить границы между истинным и ложными. Сегодня на нашу голову валятся подчас совершенно ненужные данные, средства массовой информации со всех сторон навязывают нам свои мнения. Простому человеку тяжело даже просто абстрагироваться от миллионов различных мнений, а не то, что принять собственное решение, полагаясь на внутренние выводы о том, что есть истинно, а что — ложно.

Другой стороной данной проблемы является то, что сегодняшнее общество привыкло полагаться на науку, ставшую для нас не то, чтобы средством познания мира, а основой производства, которое дает человечеству власть над природой, обеспечивает его комфорт и относительную безопасность.

Но наука ведь не обладает всей полнотой истины. Возникающие время от времени научные революции показывают, что рассчитывать на силу нашего разума можно было только с позиции классической рациональности. Сейчас наука уже все меньше и меньше претендует на постижение безусловной, объективной истины. Потому как, чем больше мы узнаем о мире, тем нам становится ясней, как все-таки мало мы знаем о нем и как же мы все далеки от абсолютной истины.


С этим читают